Сердце друга

В пятом номере журнала «Спортивные игры» за 1970 год, в канун 25-летия Победы советского народа в Великой Отечественной войне, под таким названием был опубликован очерк заслуженного мастера спорта, заслуженного тренера СССР, полковника медицинской службы Анатолия Николаевича Эйнгорна, посвящённый памяти выдающего ленинградского волейболиста, двукратного чемпиона Советского Союза Александра Щербина, который мы перепечатываем.

Сейчас ему было бы пятьдесят два года. А погиб он молодым, двадцатипятилетним, погиб на передовой, отражая атаки фашистских танков.

Мне, его близкому другу, довелось быть на фронте с 1943 года и до конца войны. Воевал в танковых частях. Видел близко проклятые гитлеровские танки. И теперь часто думаю, что, может быть, именно эти танки с чёрной нацистской свастикой, которые могли убить меня, убить Анатолия Чинилина и других моих друзей, спортсменов-фронтовиков, были превращены в груду искореженного металла пушками моего друга Саши Щербина. Он дрался за наши с вами жизни!

Передо мной последняя фронтовая фотография Саши Щербина. 1943 год. Капитан-артиллерист. На груди медаль чемпиона СССР 1938 года по волейболу, ордена Отечественной войны I степени и Красной Звезды.

…Впервые увидел Сашуру (так обычно мы его называли) в первом классе 16-й средней школы Смольнинского района Ленинграда, куда пришли учиться. В школе любили спорт. На наших вечерах гвоздём программы были спортивные выступления, особенно прыжки через плинт. Упорная шла борьба. Прыгуны постепенно отсеивались. И вот остался один лишь Саша Щербин. Он смело преодолевает препятствие.

Потом пришло к нам новое увлечение. Саша сказал мне: «Пойдём в Таврический сад. На волейбол. Приехал Русанов из Днепропетровска. От его удара мячи лопаются!» Это было в 1934 году. Выступали тогдашние знаменитости ленинградского волейбола – Олег Кабанов, Виктор Галактионов, Исаак Краснер и Александр Русанов. Волейбол завладел нашими сердцами. Плинт отошёл на второй план. Правда, у нас не было даже волейбольной сетки. Мы ставили друг на друга шведские скамейки и играли через них. Учились падать, отбивали колени и бока. Саша первым смастерил наколенники. Его примеру последовали другие. Играли не только в школе, но и на волейбольных площадках Таврического сада, на Елагином острове. Первый успех пришёл в 1935 году. Команда нашей школы выиграла первенство Смольнинского района, а вскоре завоевала звание чемпиона города. Саша был капитаном команды. После одной из школьных игр к нам подошёл Алексей Георгиевич Барышников. Знаменитый игрок и тренер предложил Саше и мне тренироваться у него в «Спартаке». Через несколько дней к нам примчался Паша Воронин, тоже ученик нашей школы, а впоследствии известный волейболист. Не скрывая радости, второпях проговорил:

– Нас приглашают в «Динамо». Сам Николай Александрович! (Речь шла о Петрове – организаторе волейбола в Ленинграде и видном тренере.)

– Мы уже дали слово Барышникову! – отрезал Щербин.

Начались тренировки в «Спартаке». С чувством восхищения и удивления вспоминаю я эти горячие дни. Потом, уже в послевоенные годы, когда я работал тренером, мне всегда трудно было понять молодых парней, избегающих больших нагрузок. Для нас с Сашей волейбол, самые напряжённые тренировки были большим удовольствием. Мы играли и в школе и в парке. Если же была возможность, устремлялись в какой-либо институт, чтобы потренироваться с сильными игроками. Алексей Георгиевич Барышников любил Сашу за его пыл, ненасытность по отношению к волейболу. Щербин был для нас примером, мы стремились ему подражать. Наверное, такая горячая любовь к тренировкам и привела к тому, что из нашей среды вышла плеяда прославленных волейболистов – А. Щербин, П. Воронин, А. Жаворонков, Н. Михеев, А. Ивойлов, В. Ульянов.

Через год после прихода в «Спартак» мы с Сашей уже играли за первую команду. Вначале игра не очень-то ладилась. Состязались с волейболистами индустриального института, чемпионами города. Первую партию проиграли. Во второй ведём – 13:0! Но неожиданно проигрываем подряд десять очков, а затем и всю партию. Ошеломлённые, сидим в раздевалке.

– На вас, молодёжь, вся надежда, – говорит   Алексей   Георгиевич и внимательно смотрит на Щербина.

Мы с Сашурой идём домой. Дом у нас один – сегодня у него, завтра – у меня. Молчим… Ведь молодёжь – это мы. Выдержим ли? Сашка, словно угадывает мои мысли, говорит:

– Зубы стиснем, но добьёмся победы.

И вот большой турнир на стадионе «Динамо». Суровое испытание. Мы выдержали его с честью. Победили всех соперников, в том числе и чемпиона города – команду индустриального института. А вскоре встреча с московской командой «Медик». В этом коллективе собрался весь цвет тогдашнего столичного волейбола. Александр Степанов, Алексей Якушев, Анатолий Чинилин, Владимир Щагин, Валентин Филиппов…

Перед игрой в раздевалке Алексей Георгиевич, сдерживая волнение, говорит:

— Москвичи играют здорово. Трудно будет. Но верю: не дрогнете…Саша Щербин сжал зубы, на скулах забегали желваки. Вслед за Сашей мы выходим на площадку. А на следующий день в газете «Красный спорт» писали: «Кто бы мог предвидеть, что сильнейшая команда Москвы, многократный чемпион города, «Медик» потерпит поражение от молодых спартаковцев».

Этот день мы потом считали днём рождения нашей команды. 198 матчей провели мы впоследствии и ни одного не проиграли. Дважды, в 1938 и 1939 годах, выигрывали звание чемпионов страны. После победы на первенстве Советского Союза в 1938 году газета так писала о нашей команде: «Дружным и хорошо сыгранным коллективом показали себя ленинградцы. Их замечательная защита и первоклассное нападение заставили все команды сложить оружие. В числе побеждённых оказались и такие признанные волейбольные величины, как московский «Спартак» и «Наука» (Тбилиси). Сила спартаковцев Ленинграда заключается не только в высокой технике, но и в отлично продуманной тактике и хорошей коллективной игре». Высоко оценил наши выступления и главный судья первенства Александр Поташник: «Многодневная борьба у волейбольной сетки, протекавшая в финале первенства СССР, закончилась блестящей победой мужской команды ленинградского «Спартака». Никто не скажет, что победа этой команды случайна. Никто не скажет этого не потому, что гас ленинградцев Эйнгорна или Щербина сильнее гаса тбилисца Ломинадзе или рот-фронтовца Алексеева, не потому, что защита Барышникова была действенней защиты Арахчана, не потому, что подача   ленинградцев была мощнее тбилисской. Напротив, в исполнении отдельных приемов игры некоторые представители других команд превосходили ленин-градцев. Зато ни одна команда не могла соперничать с ленинградцами как коллектив. Начиная с распасовки мяча у ленинградцев целесообразное использование отдельных игроков, они точно учитывают противника и очень разнообразны в приёмах игры. Именно поэтому победа ленинградцев проста и убедительна. Приятно отметить, что наибольший успех в развитии командной игры падает на долю молодёжи. Команда ленинградского «Спартака» состоит в основном из вчерашних школьников, выросших в зрелых мастеров волейбола. Среди них – уверенный в своих силах Эйнгорн и окрылённые Щербин, Арешев и Балазовский. Как много выигрывает Щербин, чувствуя, что команда ему доверяет. Взаимное доверие и коллективная спайка ленинградцев особенно заметны при сравнении их с московскими одноклубниками».

Да, основным девизом нашей команды был – «дружба и сплочённость», и, мне кажется, именно поэтому мы побеждали. Ленинградские болельщики говорили: «Если где-нибудь увидишь одного спартаковца, знай, что здесь же и остальные!». Все время мы были вместе, верили друг в друга. А если в играх нам приходилось тяжело, «злых» разговоров избегали, всё время стремились помочь товарищу, поддержать. В нашей команде были, можно сказать, две основные опоры: Алексей Барышников – наш тренер и капитан и Саша Щербин – душа команды, её лучший игрок. Как игрок Сашура был универсалом – хорошо играл в защите, на блоке и особенно в нападении. Щербин, Сурен Исахоян и Валентин Филиппов – родоначальники сложных кистевых нападающих ударов.

Саша всегда относился к себе критически, анализировал свои действия. Когда его хвалили, он хмурился: «Можно было сыграть лучше». И искал пути для более эффективной игры. Серьёзное и вдумчивое отношение Щербина к волейболу передавалось и нам. Мы тоже начинали мыслить, искать. Игра шла всё лучше,

И вот – война. Саша учился в то время на третьем курсе текстильного института. Он сразу же подал заявление с просьбой направить на фронт. Его направили в артиллерийское училище. Началась переписка.

«…Ну вот я теперь тоже в военном, – писал мне Щербин. – Моя мечта сбылась. Я – курсант-артиллерист. Занимаемся здорово. А потом наконец-то фронт.

…24 августа приняли присягу, так что теперь мы уже полноправные курсанты… У нас прошёл ускоренный выпуск, но я не попал. Может быть, удастся добиться отправки на фронт. Надоело так сидеть…»

В училище Саше предлагали остаться преподавателем физподготовки, но он категорически отказался. Пошёл на фронт.

Последнюю весточку получил от него в 1942 году – в то время я учился в Военно-медицинской академии. Вызывает меня дежурный по курсу и говорит: «Тебе денежный перевод с фронта». Читаю: «Дорогой Тоська! Приближается 28 августа – день моего рождения. Выпей за моё здоровье, вспомни нашу дружбу. Победим обязательно. До встречи в Ленинграде».

А потом… Александр Щербин – командир дивизиона истребительного противотанкового артиллерийского полка геройски погиб в боях под Старой Руссой. Это было в 1943 году.

После войны я разыскал сослуживца Александра. О его смерти он рассказывал так: «Под Старой Руссой фашисты начали большое наступление. На дивизион капитана Щербина ринулось около 40 танков. Стрельба со скрытых позиций была малоуспешной. Капитан принял смелое решение. Повёл огонь прямой наводкой. Фашисты в панике отступили. Александр всё время находился у своих орудий и руководил боем. Вдруг разрыв немецкого снаряда. Капитан смертельно ранен в голову…»

Мы свято чтим память друга. Уже более десяти лет в Ленинграде разыгрывается турнир памяти Александра Щербина. Юные волейболисты стремятся быть достойными светлого имени.